Психую...
Как-то слабовато, если ты заметил, дорогой мой дневничок, получается у меня возрождать тебя. Поразительная усталость накатывает каждый раз, как в голову забредает случайная мысль: "А не подползти ли к компьютеру, не сваять ли что-нибудь, что так в печать и просится?" Ничего, конечно, удивительного, если учесть, что домой мое бренное тело попадает каждый раз весьма поздно, при этом подергиваясь в невростенических конвульсиях. Уж не знаю, у кого какие взаимоотношения с кризисом, но каждый раз, когда пациенты, жадно поскрипывая вновь обретенными зубами, вопрошают, коснулся ли он нас, троглодитов-стоматологов, приходится отвечать, что особых перемен замечено не было. Приходится, ибо скрывать очевидную толпу в коридоре нет никакой возможности. Все на кругах своих. Они, как и прежде, приходят, в основном, вечерами. Нападают, так сказать, с заходом солнца. Стаями. Держат нас в осаде до позднего вечера, пока мы уже от усталости не падаем, щелкая в коридоре клювами, как голодные птенцы, в ожидании, что в эти клювы им зубов понатыкаем. Зубовный жадный скрежет только при расчете усилился, отчего мой нервный тик прогрессирует. Не люблю, знаете ли, когда на меня скрежещут - причуда такая!
Вообще, по моим наблюдениям, большинства людей этот самый кризис, если и коснулся, то незначительно. Но все произносят это слово с пугающей фонетикой ежедневно не по разу, дабы оправдать свои опоздания, мелкие косяки на работе, перерасходы, плохое настроение, или же просто в качестве темы, альтернативной погоде. И вот, неоднократно самонапугавшись за день, все эти люди ползут к нам выплескивать свой негатив, делая из нас даже не психиатров (ибо будь мы психиатрами, давно бы жили в каком-то своем шизофреническом мире, далеком от переживаний и раздражений), а что-то вроде чучел для битья, как в крупных офисах Японии.
Их слишком много. Тупых и злых. Персен, коий лежит в столе большинства моих коллег, слишком слабое подспорье в борьбе с неврозом. Возможно, он способен дать облегчение только в том случае, если его засунуть в рот вместе с упаковкой какому-нибудь брюзжащему старикашке, считающему, что раз уж сделал одолжение и пришел лечить свои век нечищенные зубы за дарма, то я, очевидно, и стриптиз должна станцевать, чтобы мимолетное желание его избавится от амбре, сопровождающего каждое его слово, не потускнело...
Усталость, весна, невроз, поганый кризис? Как бы то ни было, я стала орать на людей. То есть в тех ситуациях, в которых раньше я предпочитала улыбаться лучезарно и бессмысленно, глядя перед собой глазами Косильщика лужаек в начале фильма, теперь я начинаю орать, как бешеная баньши, раньше, чем мелькнет в голове мысль об оптимизации решения проблемы. Осознала сей неутешительный факт вчера, наорав на охранника в магазине, решившего, очевидно, что я за 2 секунды, потребовавшиеся для возвращения в оный за пакетом, сумела вынести половину ассортимента в сумке.
Собственно, ежели знаешь проблему, решить ее значительно проще, где-то я слышала. Так что будем лечиться. Жаль, что Макс Фрай не поделился подробной инструкцией к чудодейственной дыхательной гимнастике Лонли-Локли...